КОСТРОМИЧИ
взгляд через столетие

Леонид Андреевич Колгушкин

Выезд пожарной команды


Выезд пожарной команды из депо, пл. Сусанина (Екатеринославская). Фото нач. XX в.

Самым важным происшествием в городе считались пожары. Тут уж без нашего присутствия не проходило ни одного из них. Как только мы слышали громкие, частые удары пожарного колокола, а потом грохот пожарного обоза о булыжную мостовую, мы все бежали в направлении этого звука.

Действительно, выезд пожарных команд представлял из себя великолепное зрелище: прекрасно откормленные лошади галопом мчались по улицам. Впереди всех скакал верховой, в обязанность которого входило первым прибыть к месту пожара, а потом вернуться и вести за собой весь пожарный расчет. За верховым скакала четверка лошадей с брандмейстером, непрерывно трубящим сигнальщику, топорщикам, ствольщикам и пожарным других специальностей. На этих огромных красных дрогах везли багры, раздвижные лестницы, пожарные рукава, ручную пожарную машину, факелы в медных подставках и прочий пожарный инвентарь. Все блестело от ярко начищенной меди касок, факелов, стволов и прочего.
За упряжкой мчались тройки с пожарными машинами и добавочным пожарным инвентарем, а далее следовало несколько упряжек с бочками воды.

Действительно, было на что полюбоваться, в особенности когда на большие пожары проводился сбор всех частей пожарных команд. В то время в Костроме, не считая Заволжья и фабрик, их было три, и все они отличались различной мастью лошадей. В главной пожарной части вначале были светло-серые, впоследствии замененные вороными, в Воскресенской части были гнедые лошади, а в Добровольном пожарном обществе - светло-рыжие.

Каждый выезд главной пожарной команды всегда сопровождала большая мохнатая рыжая собака из породы волкодавов по кличке Бобка, общий любимец всех пожарных работников. Говорили, что на пожарах она не раз выносила из горящих домов детей. При звуке пожарного колокола этот постоянный и бессменный дежурный первым выскакивал в открытые ворота и всегда бежал сбоку головной упряжки. Будучи уже очень старым, Бобка как-то попал под пожарные дроги и был задавлен насмерть. Из его шкуры сделали чучело, которое сохранилось в музее даже в революционные годы. Много лет спустя, по военной работе, мне приходилось бывать в пожарной команде, и я видел свято хранившееся там чучело Бобки.

Мне приходилось наблюдать и условный рефлекс, вы-работанный у лошадей на пожарную тревогу. Как только они слышали электрический звонок с каланчи, который заменил пожарный колокол, мгновенно рвались из своих станков к упряжкам. Хомуты с приподнятыми дышлами были всегда наготове. Быстро открывались стойки, каждая лошадь стремительно бежала на свое место и всовывала голову в хомут.

Даже огромный белый мохнатый козел Кузя или, как его чаще называли, Василий Иванович, и тот при тревоге зскакивал на ноги и громким блеянием выказывал свою нервозность, хотя на пожары его никогда не брали. Он часто гулял на пожарном дворе, а иногда выходил и на Сусанинскую площадь к Мучным рядам, пугая прохожих своими огромными рогами с закрепленной спереди их медной доской. Кстати сказать, пожарные приучили его
к курению и оставляли ему недокуренные цигарки. Он делал несколько затяжек дымом, а потом с большим удовольствием разжевывал и съедал остаток цигарки.

В каждой пожарной команде, как и в любом конном парке, обязательно держали козлов по примете, что они оберегали лошадей от ласки - зверька, который щекочет лошадей и путает их гривы. Насколько это верно, я судить не берусь.

Припоминаю, что добровольная пожарная команда находилась на Марьинской улице, в красном кирпичном корпусе, на углу, а каланча с дежурным пожарником была вначале на верхнем этаже колокольни Покровской церкви, а потом на вновь выстроенной водонапорной башне. Говорят, что раньше тут была деревянная каланча, которая сгорела, а дежурный еле спасся, спрыгнув сверху на натянутый брезент. Сравнивать по скорости прибытия на место пожара конного обоза с современным автомобильным транспортом, конечно, нельзя, но парадность выезда раньше была куда выше. При уровне пожарной техники того времени старые пожарные работали неплохо, среди них было много энтузиастов своего дела, в особенности среди членов Добровольного общества.

Далее: Костромские извозчики

 

Kostroma publishing