КОСТРОМИЧИ
взгляд через столетие

Леонид Андреевич Колгушкин

В годы Русско-японской войны.

В январе 1904 года все узнали о начале Русско-японской войны. Легендарный крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец» совершили свой бессмертный подвиг, начались ожесточенные бои в Маньчжурии и в Порт-Артуре. Все восхищались героизмом моряков «Варяга» под командованием капитана I ранга Руднева.

В Костроме ежедневно выпускались бюллетени о ходе военных действий на Дальнем Востоке. Этими же сведениями были полны и все газеты. В жизни же города резких изменений не было, за исключением того, что на улицах увеличилось количество солдат из запасных, бородатых мужчин, которым предстоял длинный путь на восток, чаще гарцевали по улицам разъезды казаков и стражников, да по церквям совершались молебствия о даровании победы «христолюбивому воинству».

В нашей жизни также ничего не изменилось. Мы слушали сообщения и рассказы мамы, Жени и няни Лизы о япойцах и событиях на фронте. Иногда они вслух читали газеты и бюллетени, из них мы кое-что усваивали. Наши игры на улицах были исключительно в войну. Мы собирали с соседних дворов сверстников и превращались одни - в русских солдат, другие - в японских. Когда был снег, то строили крепость и кидались снежками, а летом делали крепости из пустых ящиков и в ход пускали мелкие камни. В одном из таких «боев» я чуть не лишился глаза, за что от мамы, конечно, досталось всему воинству, а «раненому» даже вдвойне. <...>

Много новостей приносила няня Елизавета Михайловна. Шли слухи о военной измене и предательстве со стороны высшего командирования в лице генерала Стесселя, о бездарности генерала Куропаткина и адмирала Рож-
дественского. Появились анекдоты о разгульной жизни офицерства на Дальнем Востоке и о том, что вместо снарядов и винтовок на фронт шлют целые вагоны различных иконок для солдат. Быстро падал искусственно созданный патриотизм, и мало кто еще верил в победу.

У нас на стенах появилось еще несколько картин батального содержания. На одной из них была изображена гибель «Варяга» и «Корейца», где наши корабли отстреливались от окруживших их неприятельских кораблей, многие из которых были подбиты и тонули. На переднем плане другой картины, на большой белой лошади, с обнаженной саблей скачет бравый генерал Куропаткин. А за ним наши кавалеристы, впереди и под ногами коня изображены маленькие, как тараканы, японцы в синих мундирах с желтой окантовкой, с белыми гетрами на ногах, с желтыми косоглазыми лицами, в синих фуражках с желтыми околышами. Много японских солдат побито, а живые спешат бежать от наступающих русских. А так ли было в действительности?

Эпизоды наших побед были на обложках шоколадных плиток, на папиросных коробках и даже на деревянных шкатулках с чаем «Караван». В журналах «Нива» и «Родина» появились портреты отличившихся на войне генералов и старших офицеров, но не было ни одного солдата и о подвигах их не писалось.

Наверх вы, товарищи,

Все по местам!

Последний парад наступает... -так в скором времени все люди, от ребенка до стариков, начали распевать популярную и в настоящее время песню о гибели «Варяга». Из наших родных и знакомых никто не был мобилизован в Японскую войну.

Kostroma publishing