Судьба памятника. 

14 марта 1851 года в знаменательную годовщину российской истории на главной площади Костромы состоялось торжественное открытие первого и единственного в России памятника царю Михаилу Федоровичу и крестьянину Ивану Сусанину. Горожане творение скульптора В. И. Демут-Малиновского полюбили, гордились им. Для удобства в обиходе называли его коротко – памятник.


Вид на Сусанинскую площадь. Нач.ХХ в.

Ноябрьским днём 1887 года в городе случилось небывалое: памятник – гордость костромичей – подвергся  порче. К сожалению, сегодня мы не имеем возможности восстановить точную картину тех печальных событий – не найдены архивные документы. Однако некоторые обстоятельства случая известны.

«Крестьянин Сергей Иванов Арсенов… сломал на памятнике «Сусанин» от фигур шляхтичей голову и руку, за что и предан суду». Пострадал горельеф памятника, укреплённый в лицевой части постамента, изображавший мученическую смерть Ивана Сусанина. Нет в нашем распоряжении документов судебного разбирательства, и потому давайте не будем спешить записывать крестьянина Арсенова в злоумышленники и попробуем проследить за его возможными действиями.

Произвести отделение части от горельефа – дело весьма непростое. Картина имела достаточную прочность. Из экспертизы видно, что «работа рельефных фигур на картине памятника сделана гальваническим путем (красная  медь осажена в гипсовые или другого материала формы)…». Руками такую «работу» испортить невозможно. Быть может, Арсенов использовал какой-нибудь увесистый предмет? Возможно,  но скорее всего поломка произошла случайно. Просмотренные мной фотографии горельефа во всяких ракурсах наводят на мысль, что крестьянин имел попытку влезть на памятник, а  картина послужила ему опорой в этом устремлении. Травмированное место как раз представляло собой удобную на этот случай ступеньку,  единственную во всем произведении.


Горельеф, изображающий гибель Ивана Сусанина, пострадавший в 1887 году. ФотографВ.Н. Кларк. Нач.ХХ в.

Если это так, то можно только догадываться о тех чувствах, которые подтолкнули крестьянина к особым действиям. Возможно, он пожелал в нетрезвом виде публично продемонстрировать самые благородные чувства к собрату по сословию или преследовал ещё более высокую цель – засвидетельствовать любовь к первому монарху из дома Романовых. Нельзя отвергать и то предположение, что крестьянин совершил некоторые действия из самых худших побуждений. Пока, до обнаружения архивных документов, ноябрьский день 1887 года остается загадкой.

Городские власти стали искать мастера, способного исправить металлическую картину. Мастер нашёлся. Местный «физико-механик» Карл Альбертович Царнах, проведший экспертизу, подтвердил возможность исправления и спросил за работу сто пятьдесят рублей серебром. Картину с памятника сняли, и в 1888 году Царнах работу исполнил. На место горельеф установлен, видимо, не был. Какие превращения случились с ним, неизвестно. Но в мае 1889 года Царнах подал заявление в городскую управу, в котором писал: «Согласно картине, снятой с памятника и находящейся у Сарры Васильевны Акатовой, на памятнике недостает двух рук – у шляхтича и Сусанина и щита на руке шляхтича, которые были сделаны ранее не эффектно и в сравнении с другими кажутся очень грубыми…» Далее он просил отдать ему работу. В тот же год деньги за исправление он получил. «Эффектно» или нет он исполнил её – неизвестно, но к 1913 году какие-то исправления на памятнике производились.

Полное  окончательное  «исправление»  памятника сделала уже новая власть. Декрет СНК от 12 апреля 1918 года «О снятии   памятников, воздвигнутых  в  честь царей и их слуг…» революционные  пролетарии  Костромы  исполнили  в точности: «царя и слуг» свергли с постамента и отправили  в  переплавку. В первую годовщину революции  на освобожденном  постаменте воздвигли обелиск, по сторонам которого утвердили «портреты вождей пролетарской революции». 


Памятник-трибуна. 1920-е гг.

Властям, перегруженным всякого рода «исправлениями», о состоянии обелиска заботиться было  некогда.  С  основания  его  смотрели  «в светлую  жизнь» строки  истории,  вызывающие возмущение  новых  обывателей.  Один  из  них  в 1923 году  писал:  «На  сквере  есть  злосчастный памятник: вверху портреты вождей пролетарской революции,  а внизу мерзкая  надпись о  том,  как Сусанин спас царя и как за это его «благодарит» потомство. Неужели нельзя бы затянуть постамент досками, если уж не прочна материя, когда-то    затягивающая    эти    позорные    для трудящихся строки».

В 1930-х годах постамент с обелиском снесли. Осталась от него только гранитная колонна, не  разбитая  в  суете  строительства  социализма. Нынче  её  собираются  установить  рядом  с  памятным  местом,  и  теперь  круглый  столп  станет новым памятником: царю Михаилу Федоровичу и крестьянину  Ивану  Сусанину  да  ещё  историческому декрету о вандализме 1918 года.


Сквер на площади Революции в 1931 г. без Сусанина.