Боковая аллея городского сада. Летом здесь звучал духовой оркестр... Нач. ХХ в.

Осень в старой Костроме

Сентябрь пестро раскрашивал городской ландшафт осенними красками. В общественном саду, на бульварах и улицах опадала первая листва. С каждым днем ее прибывало. Под деревьями в жухлой траве складывались из листьев чудные золотые ковры. Не умиляло, не радовало это разноцветье лишь господ дворников…

Тайные предприятия под покровом ночи

В яблочные годы ветви деревьев в садах обывательских гнулись под тяжестью спелых плодов, аппетитный вид которых притягивал к себе взоры городской ребятни. Покушения на владельческий продукт при одних и тех же по сути воровских действиях смысл имели разный. Для одних тайное предприятие под покровом вечерней мглы было развлечением, для других обращалось в промысел и в случае удачи могло принести даже кое-какие средства после продажи. Бывало, однако, что посягательства заканчивались неуспехом: злоумышленники попадали в хозяйскую или сторожевую засаду. Их ловили и щедро награждали доброй порцией кожаного ремня.

Садами Кострома изобиловала. В этом множестве выделялся некий род садов, которые не подвергались нападениям детворы. Их владельцы по старой доброй традиции в Яблочный Спас калитки садов раскрывали, и все желающие могли набрать и унести столько яблок, насколько позволяли их силы. Единственным условием при сборе плодов было: ветви не ломать, деревья не портить. Такие сады оставались в безопасности.

Главный бульвар закрывался до рассвета

С конца августа менялась жизнь в городском общественном саду. Сад имел и второе название у горожан – главный бульвар. Променады по его аллеям обыватель совершал реже. Закрывались киоски с прохладительными и минеральными водами, мороженым. Летний ресторан теперь больше скучал, посетителей не привлекала даже торговля по пониженным ценам. В конце сентября костромичи в последний раз кутнут от души, и бульварная ресторация закроет сезон до будущего апреля. Еще недавно все летние месяцы регулярная музыка духового оркестра на бульваре радовала горожан отменным качеством исполнения, а с приходом сентября она стихала: контракт с музыкантами кончался. В сентябре звуки духовой меди слышались здесь только в отдельные воскресные и праздничные дни.

В сентябре по распоряжению городского начальства «с наступлением темноты» сад закрывался до рассвета. В нем хозяйничал сторож. Осенний холод, волжские ветры, дожди к прогулкам располагали мало, и обыватель предпочитал ходить с визитами по знакомым, где в домашнем тепле за самоваром проводил приятные вечера, обмениваясь летними впечатлениями.

Осенью жизнь в городе существенно менялась: летняя суматоха проходила, уступая место размеренности и спокойствию. Остывал предпринимательский пыл уличных торговцев, их деятельность сворачивалась, а с ухудшением погоды прекращалась совсем. В торговые дни (понедельник, среду и пятницу) торговля на Сусанинской площади шла вяло, а на Сенной и на спуске от собора к нижней базарной площади (ныне эта территория занята службами водоканала), напротив, разворачивалась широко, с размахом. Сюда тянулись утренней ранью вереницы крестьянских телег из пригородных деревень, больше всего из-за реки Костромы.

К рассвету, когда рассеивался туман, все пространство от Пряничных рядов до ВерхнеНабережной было сплошь занято крестьянскими телегами с капустой, картофелем, морковью и другой деревенской провизией. Верх торговой горы отдавался под торговлю яблоками, грибами и осенней ягодой. Тележники – владельцы простейших колесных тачек – равно как и босяки-носильщики, в эту пору имели приличный заработок от доставки товаров к домам.

А на осенней Сенной площади кроме овса и сена главный товар составляли разнопородные дрова. Хотя, заметим, что осенью дрова заготовляли или нерадивые хозяева, или малоимущая часть жителей. Справные домовладельцы свои дровяники заполняли летом.


Городской сад (Главный бульвар). Фотограф В.Н. Кларк. 1908 г.