Сенной торг. Фотограф Н.А. Карякин. Нач. ХХ в.

Весенний торг

 Каждогодно на три дня, с 13 по 15 марта (старого стиля), жизнь губернской Костромы преображалась: в городские площади селилась Фёдоровская ярмарка.

 Назвали её так горожане в честь самой почитаемой местной иконы – Фёдоровской иконы Божией Матери, которая и сегодня благополучно, по-старому, остается самой дорогой святыней-покровительницей всем православным людям Костромы.

 Вероятно, не случайно для первого в году праздничного торга избрали предки дни, в один из которых – 13 марта в 1613 году свершилось замечательное событие в истории государства Российского: костромской боярин Михаил Фёдорович Романов был благословлён чудотворным образом Фёдоровской Божией Матери на российский престол.

 О времени возникновения первой Фёдоровской ярмарки известий не сохранилось. В восьмидесятых годах прошлого века о ней говорили как о «издавна существующей, хотя законным порядком не открытой», – в послезимье торговали на городских площадях по-ярмарочному. Только в 1888 году костромское мартовское торжище узаконили правительственным распоряжением.

СУСАНИНСКАЯ ПЛОЩАДЬ.

 Здесь, в центре города, против памятника Сусанину, на ещё не прогретом солнцем грязно-заснеженном плацу давалось начало праздничной торговле. Она начиналась с поднятием ярмарочного флага. В те дни плац от обыденного состояния отличался всевозможными «основательными» постройками да неровными, случайно составленными рядами торговых мест.

 Из построек более всего выделялись похожие один на другой балаганы разного предназначения. Павильоны-балаганы синематографов (электротеатров), купольные цирковые, театральные всякого прочего увеселительного назначения – все эти «кондовые», из случайного материала постройки пестрели рекламой, призывая досточтимую публику приобрести билет за ничтожно малую плату и получить неописуемые удовольствия.

Плата действительно была невысока, но обороты быстросклеенных универсальных программ давали владельцам заведений неплохой барыш. Случалось, завертывал на ярмарку «заграничный» паноптикум-музей с какими-нибудь необыкновенными штуками. Тогда охотно находился и зритель «чудам природы», то есть всяким аномалиям, которые преподносились для обозрения в заспиртованном виде. К обязательным устройствам костромской мартовской ярмарки относились карусели.

 Площадные строения, по-ярмарочному капитальные тесовые здания, выстраивались не нарочно к торгу: обыкновенно они оставались от масленичных гуляний, бывших в городе неделю перед Великим постом. Ради трёх ярмарочных дней ни один предприниматель не стал бы разворачивать развлекательное дело, связанное пусть и с не очень, но все же затратным строительством. Так что, публичные увеселения в Фёдоровскую торговлю целиком обязаны предшествующей Масленице.

 По размаху, широте ярмарочных гуляний во многом можно было судить и о собственно ярмарке: мало балаганов – небогатая торговля, скудная. Эта мартовская торговля бывала разной, удачной и неудачной, торжественно-ликующей и безрадостно-скромной. Всякий год она зависела от благополучия местного обывателя. И каруселей, и балаганов видел мартовский плац всяким числом...

 Но при всех обстоятельствах, какой бы силы ни была ярмарка против памятника Сусанину, её всегда окрашивали добротные, тренированные голоса торговцев, звонких балаганных привлекателей, гремели оркестры зазывальной музыки, публика делала покупки и отдыхала.

 Вторая городская площадь – Павловская, или Сенная, была не менее радушна ко всем приходящим, но обстановка на ней царила весьма деловая.


Сенной торг. Фотограф Н.А. Карякин. Нач. ХХ в.

СЕННАЯ ПЛОЩАДЬ.

 По-здешнему, «по-сенному», Фёдоровскую ярмарку именовали «конной». В иной год Сенная площадь настолько плотно заполнялась разно-породными животными – до тысячи лошадей, – что весьма походила на площадку солидных размеров конного завода. Между всем этим живым разномастным товаром стояли возы с душистым сеном, телеги, экипажи, пролётки, дроги и, словом, все, что имело отношение к извозному делу. С начала XIX века на площадь был переведен сенной торг, и с этого времени всякая конная торговля происходила здесь.

В окружении площади исстари существовало немало кузниц, которые в ярмарочные дни работали без отдыха, обслуживая ковкой лошадей всех желающих. От них не было отбоя, и заведения мастеров-кузнецов денно и нощно кадили дымом раскаленных печей.

 Публика на конной ярмарке собиралась своя, особенная. Кто приезжал присмотреть лошадку в хозяйство, кто, напротив, продать свою кормилицу от безденежья. Непременными участниками таких торгов были цыгане. Все ухищрения их при продаже лошадок были известны специалистам, однако люди, не пожелавшие уплатить таковым «за консультацию», часто оставались ни с чем.

 Попервости пришедшему на Сенную могло показаться, что люди, гуляющие среди конных образцов, – крестьяне, кучера, извозчики, то есть публика из низов. Это обыкновенно бывало ошибкой. В мартовскую ярмарку здесь собирались истинные любители конного дела из всех слоёв населения. Здесь между ними не было ни чинов, ни званий, а существовали добрые дружеские отношения знатоков. Оттого часто можно было наблюдать группу очень поразному одетых людей стоящих рядом и оценивающих достоинства или недостатки какого-либо конного экземпляра.

 Ярмарочных строений здесь обычно не возводили, из всех построек площадь украшала лишь водоразборная башня. Место Павловской площади и в обычные дни не блистало чистотой, а в мартовские торговые события, она, не мощёная, утопала в грязи и навозе. Дух, ею источаемый, распространялся далеко за её границы.

Впрочем, Фёдоровская ярмарка никогда не отличалась многочисленностью посещений приезжими людьми, всегда считалась торгом  средней руки. Посещал её всё больше люд из окрестных местностей да ближних губерний. Больше никто не хотел зазря топтать сапоги и мотать прогонные деньги по земским станциям ради трёх ярмарочных дней. Люди, желающие прибыть в Кострому на ярмарку, дожидались лета, времени, когда поднимет ярмарочный флаг Девятая трёхнедельная ярмарка.

©kostromka.ru